Приветствую Вас Гость | RSS

Архивы Джуда

Воскресенье, 24.09.2017, 04:27

* * *

Фродо стоял в опасной близости от расселины, в которой полыхал огонь, и смотрел на нестерпимо блестевшее кольцо. Сэм потерялся где-то в тени, да и неважно все было сейчас - все, кроме кольца, ставшего центром вселенной. Сделать маленький шаг вперед и уронить его в огненную пропасть - так просто, но руки и ноги не слушаются, все затмевает одно-единственное желание - надеть кольцо...

Под потолком пещеры засвистело, десять пятен темноты, опустившись на землю, приобрели очертания людей в черных плащах. Самый высокий из них шагнул вперед, громкий голос резко приказал:

- Бросай!

Невозможно... Так же невозможно, как отрубить себе руку... Все, что он может сейчас - или держать кольцо в кулаке, или надеть его.

Медленно Фродо надел кольцо на палец.

Для Сэма он исчез, но десять человек в плащах и Смеагорл видели все иначе - для них силуэт полурослика на фоне языков пламени оставался таким же четким. Зачарованно глядя на кольцо и опасно раскачиваясь на самом краю расселины, Фродо бормотал: «Мое... Теперь оно мое...»

И тут Смеагорл ринулся вперед, сбивая Фродо с ног, оттаскивая его как можно дальше от края пропасти. Сцепившиеся противники покатились по камням. Смеагорл пытался сорвать кольцо с пальца безумца, но тот так сжал кулаки, что это не представлялось возможным. Где-то Смеагорл слышал, что сумасшедших отрезвляет боль; это было жестоко, но Терну в свое время было так же больно от меча Исилдура...

Лязгнули острые зубы; почувствовав боль, Фродо рванулся что было сил - и Смеагорл, не удержавшись на краю расщелины, начал медленно падать вниз, унося с собой кольцо и откушенный средний палец Фродо.

Нечеловеческий крик взлетел к потолку пещеры. Гортхауэр рвался к пропасти, бился в руках девятки с такой силой, что его едва удерживали.

- Нет! Не надо!!!

Огромный язык пламени вымахнул из провала...

...и сложился в пару черных крыльев, словно сотканных из огня и темноты. Крылатый человек шагнул на край пропасти.

- Пламя Арды не может причинить мне вреда, Ортхэннэр... - произнес он.

Сердце Гортхауэра взорвалось и пылало у него в груди яростным костром, обращая воздух в пепел и боль.

Это был еще не весь подарок...

Гортхауэр снова рванулся из рук машинально продолжавших держать его назгулов, и на этот раз они отпустили его.

- Мелькор... - стон боли и счастья.

Теплые руки подхватили его, черные крылья закрыли от него весь мир, звездные глаза распахнулись навстречу ему...

Два золотых дракона описали над ними круг в вышине.

- Ты доволен своим подарком? - спросили два голоса в унисон.

- Пошли вы... - беспомощно пробормотал Гортхауэр, не в силах оторвать взгляд от любимого лица.

- Мелькор... Так это был ты?

Вала улыбнулся и сказал хрипловатым ломким голосом:

- Терн, так мы поедем в Дол-Гулдур?

У Майяр тоже случаются истерики, хоть и редко, и сейчас Гортхауэр был на кратком и прямом пути к ней, но Ангмарец осторожно тронул его за плечо.

- Шеф... - перевел глаза на крылатого и смущенно поправился: - То есть... шеф...

Гортхауэр нервно засмеялся.

- У меня сейсмограф зашкаливает, - Ангмарец плюнул на субординацию. - Сейчас здесь будет жарко, так что предлагаю побыстрее эвакуироваться.

Мелькор и Гортхауэр двинулись к выходу, но Майя внезапно остановился.

- А Фродо-то с Сэмом? Где они?

- Малыши уже удрали, - улыбнулся Второй. - Улепетывали так, словно собрались бежать без остановки до самых Серебристых Гаваней. Предлагаю последовать их примеру... хоть нам и добираться гораздо ближе.

Ангмарец свистнул, подзывая «мышек», и вскоре из Саммат-Наур вылетела странная процессия: впереди Мелькор, бесшумно рассекающий воздух черными крыльями, у него над головой - огромная летучая мышь (несолидно, но иначе Гортхауэр так и не научился), а за ними журавлиным клином девять назгулов, несколько ошарашенных перестановками в руководящем эшелоне, но сохраняющих положенную им невозмутимость.

Впрочем, улетели они недалеко. Хоть полурослики и взяли хороший старт, но не добрались не то что до Серебристых Гаваней, а и до подножия горы. Сэм стоял на коленях над потерявшим сознание Фродо и с отчаянием смотрел в затянутое тучами небо. Землю ощутимо трясло, в недрах Ородруина грохотало, первый обманчиво-неторопливый язык лавы уже высунулся из Саммат-Наур - природа, похоже, решила по-своему отметить возвращение Мелькора.

- Ребят надо спасать, - Гортхауэр сделал круг над полуросликами и поднялся повыше. - Второй, Седьмой, отвезите их в какое-нибудь тихое местечко.

- Тихое местечко - это где? - Второй заложил залихватский вираж и, не коснувшись земли, подхватил обоих полуросликов разом.

- А где сейчас Олорин?

- В Минас-Тирите, - мрачно сказал Ангмарец, которому там сильно досталось за последнюю неделю.

- Значит, в Минас-Тирит.

- Ни фига себе - тихое местечко! - возмутился Второй, но безбашенный Седьмой ловко выхватил у него одного из полуросликов и помчался вперед, завывая страшным голосом:

- Мы - орлы Манве!

Мелькор вздрогнул, машинально тронул пальцами щеку - чистую, без шрамов.

- Разговорчики в строю! - заорал вслед назгулам Гортхауэр и тяжело вздохнул. - Распустились тут без тебя... Дисциплина ни к черту.

В урезанном составе процессия быстро добралась до Барад-Дура: один за другим они опускались на каменные плиты двора. Гортхауэр, уже в человеческом облике, подошел к Мелькору, задумчиво смотревшему на окутанный дымом Ородруин. Вала обернулся. раскинул руки, заключая его в объятия.

- Наконец-то я могу поцеловать тебя как следует, - шепнул он, наклоняясь к губам Гортхауэра. - Поцелуи в живот - это, конечно, крайне романтично, но все же...

Тут-то Гортхауэра и накрыла Настоящая Большая Майярская Истерика.

* * *

Несмотря на то, что был только май, на Нурноне стояла невыносимая жара. Мелькор по старой памяти целыми днями не вылезал из воды, Гортхауэр же, до водных процедур небольшой охотник, сидел в тенечке и охлаждал свой организм в основном путем поглощения ледяного пива.

Вот и сейчас черноволосая голова качалась над волнами, как буек, а Майя, развалившись в шезлонге, рассеянно за ней наблюдал. От яркого блеска воды на глаза у него временами наворачивались слезы.... а может, и не от воды - просто бывает счастье, к которому невозможно привыкнуть.

Наплескавшись вволю, Мелькор вышел на берег. Потянулся, помахал руками - золотистый от загара, стройный, прекрасный, как... ну да, сравнивать как-то странно - и, подойдя к Гортхауэру, упал на второй шезлонг. Отбрасывая назад влажные волосы, заявил:

- Хочу пива.

- Запросто, - Майя пододвинул ему запотевший бокал.

- Хорошая все-таки штука эти правительственные резиденции, - Мелькор зажмурился и еще раз потянулся всем телом, как кошка - от закинутых за голову рук до ступней в налипшем песке. - На милю вокруг ни души, и никто не интересуется, чем мы с тобой занимаемся...

Гортхауэр слегка покраснел.

- Ты бы хоть полотенцем прикрылся, - смущенно сказал он.

- Зачем? - Мелькор комично поднял брови. - Тебе что-то не нравится?

Гортхауэр покраснел сильнее.

- Нравится, - признался он. - Но настроение становится совершенно нерабочее...

- Перестань, - махнул рукой Вала. - У нас отпуск, какое может быть рабочее настроение? Успеем еще наработаться.

- И все-таки мне много чего непонятно, - упрямо сказал Гортхауэр, стараясь не смотреть на так и проигнорировавшего полотенце Мелькора. - Ты что же, все время, пока был здесь под видом Смеагорла, мне голову морочил?

- Я бы не смог... - Вала покачал головой, отставил в сторону бокал. - Я и в самом деле ничего о себе не помнил. Приходили иногда какие-то видения, но истолковать их я не мог и на полном серьезе считал себя сумасшедшим. Память вернулась в тот момент, когда я падал в огонь... Мне было жарко и больно, я испугался, что сейчас сгорю - и в этот момент как-то неожиданно понял, что настоящему мне все это не страшно. И что падать мне не обязательно, потому что я могу летать. Знаешь, все произошло так внезапно, что я не успел даже удивиться - так бывает, когда спишь и видишь себя кем-то совсем другим, а проснулся - и уже снова ты. К самому себе ведь не надо привыкать, верно?

- Странно все это... Ну хорошо, а драконы? Это-то что?

- Про драконов я и сам толком не знаю... Теперь я помню, что они вытащили меня из-за Дверей Ночи и поместили мою душу в тело еще не рожденного ребенка - того самого Смеагорла. Но вот зачем им это понадобилось - этого я не понимаю и, наверное, понять не смогу.

Два золотых росчерка стремительно пронеслись над пляжем.

- А вам и не надо понимать, - произнес один лукавый голос.

- Можете считать, что это была наша блажь. А может, так было нужно по справедливости, - добавил второй.

- Ну вот... - после паузы Мелькор беспомощно пожал плечами и улыбнулся. - Вот нам все и объяснили. Больше, я думаю, мы ничего не узнаем. Ортхэннэр, хватит лежать, как варан на солнышке, пошли купаться!

Майя демонстративно закряхтел, вылезая из шезлонга.

- Все-таки возмутительно много от Смеагорла в тебе осталось, - сердито сказал он. - Ты бы еще предложил пойти рыбу ловить!

(c) Jude 09.01.2002 - 02.02.2002